Через два с половиной года мне снова приснились радиоголовы. И хорошо, что не видела среди них Тома, поскольку в последний раз это закончилось не совсем хорошо. Точнее, совсем нехорошо. Но не будем о грустном.
Итак, я устраивала концерт группы в неком заведении наподобии, ха-ха, ЖЭКа. Но чистенько так там, светло, помещение очень небольшое. почему-то украсила я его новогодними дождиками, ватой какой-то блестящей. Вроде ж не новый год, но уж как украсила, так украсила. Публика была степенная и совсем не молодежь. еще до концерта мне удалось как-то клонировать Джонни, в итоге его было очень много и он встал сам с собой парами, как в игре "Ручеек". Только руки не поднял. И какой-то неживой был, словно большая фотография вырезана. Да бог с ним, но Серафиме бы понравилось.
Концерт тоже особо не помню, но играли совершенно не типичную для себя музыку. Аа, вот почему не помню - я ж за кулисами была, да. Мелодии тихие, мелодичные, успокаивающие. Играли минут сорок, не больше. Захотелось их поблагодарить за то, что приехали и выступили. И после того, как публика ушла, я бросилась к Колину, но он, как истинный англичанин, умеющий скрывать эмоции и удивляющийся, почему этого не могут сделать другие (ты, блин, Колин, вот так же, как мы тут, подожди, чтоб любимая твоя группа десятилетиями не приезжала, а потом уже эмоции сдерживай!), с улыбкой отстранился от меня, выставил вперед руки, мол, дама, не приближайтесь близко, и уселся на жэковский диван. Из белой кожи, между прочим. Я ему что-то пролепетала: мол, очень вас с сыном любим, группу и музыку... Ага, ага, - покивал вежливо.
Оглянулась - сзади был Эд. Вот он меня понял и даже не дернулся, когда я бросилась к нему с объятиями. Он большой, тёплый и очень добрый. Так хорошо обнять хорошего доброго человека и немного вот так вот постоять. Клонированного Джонни не было видно. Его, наверно, растащили бабушки-зрительницы.
И Фила я не видела :(
